Сегодня: среда 17 августа 2022 г.

Загадки русского костюма

№№82-84 20 июля 2018 г.

В Российском этнографическом музее (г.Санкт-Петербург) хранится коллекция фотографий, сделанных в 1920-е годы в Калужской губернии. Коллекция привлекла внимание сотрудника выставочного отдела Сергея Савостьянова, поскольку подписи к нескольким изображениям указывают на деревни Борнятино Мосальского уезда и Бокеевка Жиздринского уезда (ныне Кировский район), расположенных недалеко от деревни Студеное Барятинского района, откуда родом отец Сергея и где сам Сергей уже много лет ведёт исследовательскую работу в области краеведения и этнографии. Сегодня поговорим о трёх снимках, сделанных, согласно, подписям, в д. Бокеевка.

На двух фотографиях на фоне дома запечатлены представительницы семьи Зорюковых – две молодые женщины в традиционных праздничных нарядах. Костюмы включают рубаху, поясную одежду «поневу», «передник-занавеску», головной убор «повойник». У одной женщины поверх головного убора повязан платок. На ногах у неё лишь онучи, закреплённые оборами, а у второй женщины – кожаные сапоги. Костюм последней дополняют шейное и ушные украшения. Фотография позволяет многое узнать о местной одежде.

Так, хорошо видно, что рубахи сшиты из белого холста, поневы – из домашней шерстяной клетчатой ткани, «передники-занавески» из белого или пестрядинного холста в клетку и покупной хлопчатобумажной ткани. Можно хорошо рассмотреть и особенности кроя, и декоративных деталей костюма. Рубахи из четырёх полотнищ домашнего холста, сшитых ровно спереди, сзади и по бокам, очень длинные (на снимке с видом сзади очевиден огромный напуск рубах на поневы). Рукава рубах тоже очень длинные, сужающиеся к запястью (если бы они не собрались поверх кистей в складку, то полностью закрыли бы их). На фотографии с видом сзади можно заметить, что ворот одной из рубах просто собран на обшивку. Края подолов, рукавов украшены неширокими декоративными полосами ткачества и, возможно, мережки.

Поневы, закрывающие рубахи в основном сзади, распашные, из полотнищ в крупную клетку, украшены по подолу нашитыми разноцветными полосками ткани или лент.

Передники с рукавами имеют туникообразный крой – один из наиболее старинных в русской традиции и очень простой, ориентированный на ширину полотнища домашнего холста: одно полотнище перебрасывали спереди назад, примерно до лопаток, вырезали в нем ворот, а из разрезанного вдоль второго полотнища делали боковины. К домотканой основе праздничных занавесок нередко пришивали рукава из покупной ткани. На наших фотографиях видно, что рукава передников широкие, собраны у запястья в сборку и заканчиваются небольшой оборкой. Подолы занавесок украшены прошвами из ткани и лент. На белом переднике видна вышивка с крупным растительным орнаментом, и подол заканчивается белым кружевом. Подол пестрядинного передника завершает бахрома из домашних разноцветных шерстяных ниток, а сзади, на нижний край его полотнища, нашита полоса покупной тесьмы, на которой можно рассмотреть ряд петушков.

О том, что на фотографиях не девушки, а женщины, понятно не только по тому, что на них поневы, но и головные уборы, закрывающие причёску – это важные признаки статуса замужней. Девушки не носили понев и повойников, а заплетённые в косу волосы оставляли на виду. Благодаря фотографиям понятен крой местного повойника: полоса очелья, украшенная посередине, соединена с остальными частями (верхней и боковыми), которые сзади стянуты продетой в кулиску тесьмой.

В качестве обуви у одной женщины сапоги на невысоком каблуке с мощной металлической подковой; голенища сапог внизу собраны в гармошку. Вторая женщина босая, однако ноги её обернуты белыми онучами, часто обмотанными черными оборами. Это один из принятых в местной традиции способов ношения онуч.

Украшения в одном из костюмов представляют собой серьги и семь снизок бус.

Эти две фотографии позволяют не только познакомиться с основным составом и особенностями кроя деталей женского костюма д. Бокеевка, но и с разнообразием материалов и декоративных приёмов оформления одежды.

На третьей фотографии из коллекции РЭМ на фоне того же дома запечатлены девушка и молодая женщина (вид сзади). На снимке видны детали, расширяющие представление о местном костюме. Во-первых, отмечается различие между девичьим и женским нарядами. У девушки (слева) внизу заметен только подол рубахи, а у женщины (справа) – подолы рубахи и поневы. Рубахи украшены полосой вышивки с геометрическим орнаментом. Несмотря на вид сзади, приметны разные очертания головных уборов: у девушки голову охватывает только платок, а у женщины под платком, вероятнее всего, повойник. Оба платка – ситценабивные, с ярким рисунком на красном фоне – относятся к так называемым «французским» (так их называли во многих местностях у русских). Такие платки носили преимущественно молодые женщины и девушки, достигшие брачного возраста.

В обоих костюмах присутствует еще одна значимая деталь – верхняя одежда «костолан»: из нескольких полотнищ белой домотканины глухого покроя, с длинными рукавами. Костолан украшен по подолу прошвами, нашитой тесьмой и завершается белым фестончатым кружевом или разноцветной бахромой из домашних шерстяных ниток. По талии костолан повязан поясом, изготовленным из домашней шерсти, с небольшими кистями. Пояс завязан сзади на узел с большой петлёй, соответственно сзади ниспадают и концы пояса. На девушке обуви нет, а на женщине – онучи, покрывающие не только голень, но и стопу, и плетёная из веревки обувь с тёмными оборами.

Рассмотренные снимки входят в большую коллекцию фотографий, переданную в 1948 году из московского Музея народов СССР. Одиннадцать фотографий из этой коллекции имеют единую стилистику изготовления и оформления. На обороте некоторых фотографий поставлены даты – 1925 и 1926 годы – и имя автора – Н. Лебедева.

Наталия Ивановна Лебедева (1894 – 1978) – известнейший учёный в области восточнославянской этнографии – действительно, работала в Музее народов СССР с 1924 года, со времени его основания (тогда он назывался Центральным музеем народоведения). И именно в 1925 и 1926 годах она побывала в экспедициях в Брянской и Калужской губерниях, где обследовала более 80 сельских и городских поселений. По полевым материалам этих поездок Н.И. Лебедевой была написана монография «Народный быт в верховьях Десны и в верховьях Оки»1, значительное место в которой занимает рассмотрение местного народного костюма.

Для экспедиционной работы исследовательницы характерен принцип широкого охвата полевого материала. Так, первостепенными задачами Н.И. Лебедева считала проверку списков населенных мест, собирание сведений по истории каждого села, составление планов поселений, изучение одежды, жилища и средств передвижения, а также обрядов. Она считала важным собирать материал хорошо датированный, с детальными описаниями и чёткой историей бытования. Только тогда, по её мнению, музейные коллекции могут стать полноценным источником для исследования народной культуры. Особое внимание Н.И. Лебедева уделяла одежде. Чувствуя, что в 1920-е годы народный костюм стал стремительно исчезать, она старалась фиксировать любые подробности, касающиеся способов ношения одежды и соотнесения её с разными жизненными ситуациями (повседневность, праздник, обряд). Вот почему сделанные в её экспедициях фотографии, запечатлевшие женщин в народных костюмах, обладают высочайшим уровнем информативности для исследователей. Для жителей же местностей, где происходило фотографирование, подобные снимки могут быть прекрасным напоминанием о прежних временах и родной культуре.

Возможно, в настоящее время есть люди – родственники или односельчане, – которые узнали запечатленных на фотографиях женщин и помнят о них. Может статься, что у них сохранились и другие фотографические снимки. Для сотрудников Российского этнографического музея было бы очень интересно хоть что-то узнать о судьбах наших героинь и их потомков.


Елена МАДЛЕВСКАЯ,

научный сотрудник Отдела этнографии русского народа РЭМ,

хранитель фонда русского текстиля.



1 Лебедева Н. И. Народный быт в верховьях Десны и в верховьях Оки (этнологическая экспедиция в Брянской и Калужской губерниях в 1925-м и 1926-м годах). Ч. I. Народный костюм, пряденье и ткачество. М., 1927.